О стихотворении А.Фета «Уснуло озеро»

Софья Львовна КАГАНОВИЧ,

д.ф.н., г. Великий Новгород

 

О стихотворении А.Фета «Уснуло озеро»

 

Известно, что современники далеко не всегда понимали своеобразие поэтики Фета. Один из критиков того времени пишет на полях подаренного ему Фетом сборника «Вечерние огни» красноречивое «не понимаю» – рядом с такими метафорами и олицетворениями, как «овдовевшая лазурь», «румяное сердце розы» и т.п. То, что сегодня, на фоне сложнейшего ассоциативного стиха Б. Пастернака, О. Мандельштама  или И. Бродского, представляется  простым и  «прозрачным», в середине 19 века, оказывается, еще требовало расшифровки, вызывало недоумение и протест, могло стать предметом литературной полемики.

 Мы можем познакомить юных читателей  с интересными формами этой полемики и в то же время продемонстрировать им, насколько важно в поэзии  Фета звучание и значение каждого слова, насколько единственно возможной  и необходимой для выражения замысла автора  является именно такая художественная форма, - предложив для анализа стихотворение «Уснуло озеро; безмолвен черный лес…».

 

Уснуло озеро; безмолвен черный лес;

Русалка белая небрежно выплывает;

Как лебедь молодой, луна среди небес

Скользит и свой двойник на влаге созерцает.

 

Уснули рыбаки у сонных огоньков;

Ветрило бледное не шевельнет ни складкой;

Порой тяжелый карп плеснет у тростников,

Пустив широкий круг бежать по влаге гладкой.

 

Как тихо… Каждый звук и шорох слышу я;

Но звуки тишины ночной не прерывают, -

Пускай живая трель ярка у соловья,

Пусть травы на воде русалки колыхают…

                                                 (1847)

 

Это стихотворение стало предметом остроумной пародии Д. Минаева, который, не изменив в тексте ни одного слова, «просто» переписал его «задом наперед», от последней строки к первой. По замыслу пародиста, этот прием должен был продемонстрировать «бессмысленность», содержательную пустоту «чистого искусства» Фета: слова и строки в его произведениях можно переставлять как угодно, и звучание стиха  не изменится.

Если увидеть в  этом  стихотворении просто ночной пейзаж (что и делается обычно на уровне школьного анализа – ведь Фет у нас во всех программах – «певец природы»!), то может показаться, что оригинал и пародия, действительно, мало чем различаются и в стихотворении ничего не меняется, кроме порядка строк. Труднейшая задача учителя – помочь детям  опровергнуть это суждение, доказать, что текст Минаева – это, действительно, пародия на гениальные стихи Фета.

Для этого нужно проследить логику развития поэтической мысли, определяющую именно такую композицию стихотворения, именно такую последовательность строк.

Прежде всего, эта логика – в самом естественном развитии лирического сюжета. Если «перевести» этот «сюжет» на язык прозы, то, вероятно, сначала должно «уснуть» озеро, и лишь в «безмолвии» всеобщего сна осмелится  выплыть, да еще «небрежно», никого не опасаясь, на поверхность этого лесного озера русалка. Должны также сойти на берег и уснуть рыбаки, и тогда опустится, «не шевельнет ни складкой»  «ветрило» – парус их рыбачьей лодки; и «карп плеснет у тростников»,  не рискуя попасть в рыбачьи сети.

Но главное, конечно, не в этом прямолинейном «обнажении» приема, а в том, что вся образная система первых двух строф создает не пейзажную картину, а определенное настроение, как бы подготавливает эмоциональное восприятие третьей, кульминационной строфы!

С одной стороны, - реалистическая достоверность деталей, дающая возможность «потренировать» детское воображение и логическоемышлениеПочему лес «черный»? – Он  кажется черным  на фоне лунного неба. Почему  влага – «гладкая» и парус «нешевельнетни складкой»?– Потому что нет ветра, все замерло и уснуло. Почему «широкий круг»  бежит «по влаге гладкой»?любой рыбак ответит: да потому, что карп – «тяжелый», крупный! И, наконец, главное поэтическое «украшение» этого живописного пейзажа – образ луны, отраженной в озере. «Расшифровывая», интерпретируяэтот образ, можно наглядно продемонстрировать юным читателям  разницу между прозой и подлинной поэзией.  «Строительным материалом» для этого образа послужили одновременно не только олицетворение («луна… созерцает») и сравнение («как лебедь молодой»), но и перифраз («свой двойник на влаге созерцает» означает «отражается в воде»). И это сочетание приемов рождает сложную цепь ассоциаций, создающих нужное автору впечатление и настроение. Луна  «среди небес скользит» – и возникает ассоциация с лодкой, скользящей по глади воды; скользит, «как лебедь молодой» - сравнение как бы подтверждает, поддерживает эту ассоциацию: лебедь может скользить только по воде; на этом фоне закономерно появляется  перифраз с торжественным «на влаге созерцает»,  как бы проясняющий и завершающий возникающую в воображении картину: отражение луны в воде похоже на плывущего лебедя.

Этот ассоциативный образ в сочетании с мотивом «русалки» несет в стихотворении как бы двойную нагрузку: он не просто «украшает», поэтизирует реальный пейзаж, но придает ему какие-то сказочные, фантастические очертания (привлечение к анализу стихотворения музыки П.И. Чайковского наверняка вызовет  у достаточно подготовленных детей ассоциации с балетом «Лебединое озеро»). В то же время «высокая» лексика  первых двух строф («безмолвен», «небес», «созерцает», «ветрило», «влаге»), размеренный ритм, аллитерация мягких, «плавающих» «Л» – все это придает стиху торжественность, настраивает читателя на философское созерцание – подготавливает его к восприятию  кульминационного словосочетания  «как тихо…».

Если следовать логике пародиста и «перевернуть» стихотворение, то содержание его, действительно окажется абсурдным: как могут «звуки» не прерывать «тишины», тем более если это громкая «живая трель» соловья? Как может быть «тихо», если мир полон «звуков» и «шорохов»? Но в том-то и дело,  что пейзаж у Фета – в продолжение романтической традиции, идущей еще от Жуковского, - это «пейзаж души», природа у него, при всей достоверности ее изображения, - в первую очередь зеркало внутренней жизни человека. И именно этот покой, эта тишина, возникающая в душе читателя при чтении первых двух строф, позволяет ему наслаждаться каждым звуком и шорохом, каждой  трелью соловья. «Как тихо…» – не случайно здесь не восклицание, а многоточие. Этой тишины звуки живой и прекрасной природы – «не нарушают»!

Таким образом, анализ стихотворения «Уснуло озеро…» доказывает, что вовсе не произвольны избираемые поэтом приемы,  совсем  не случайны и не бессмысленны сочетания и  последовательность слов и фраз, – поэтический строй стиха представляет собой  цельную систему, каждый элемент которой имеет свое единственно возможное и необходимое место, несет свою, единственно возможную  смысловую нагрузку. И как бы ни старались пародисты, их тексты так и останутся лишь пародиями на поэзию,  а стихи Фета – подлинными поэтическими шедеврами.

 

Важно!

Скачивать файлы с нашего сайта могут только зарегистрированные пользователи! Пожалуйста, авторизуйтесь на сайте под своим логином или зарегистрируйтесь.

Инфо о файле

  • Дата добавления:
    10 Янв 2016
  • Кол-во загрузок:
    0
  • Кол-во просмотров:
    556
Теги:

Комментарии:

Оставить комментарий